*after midnight

Про встречи

Я тут начала смотреть четвёртый сезон “Секса в большом городе”. Поэтому, садясь за ноутбук, умершая во мне драматическая актриса оживает и предлагает поиграть в Кэрри Брэдшоу.

Вчера горела башня в Москва Сити, сегодня вышел Imstargam для андроида. Кстати, меня передёргивает от того, что пришлось там назваться yellow_dream. Дада, через это дурацкое нижнее подчёркивание. Потому что просто yellowdream уже занято кем-то.

Но вообще я, конечно, хотела написать не об этом. 

Люди - это очень важно. Вот эта моя поездка в Питер была совсем какая-то другая. Абсолютно. То ли потому что весна. То ли ещё по каким-то причинам. Не знаю. То ли потому что мне удалось встретиться с двумя такими важными для меня людьми.

Это когда обнимаешь и хочешь тут же поставить мир на паузу. Сейчас уже думаю: эй, когда мы успели стать настолько родными? Точнее, с кем-то успели стать, а с кем-то не потеряли связь даже спустя несколько лет.

Подруга детства. Точнее юношества. То есть, вот того сумасшедшего периода полового созревания, когда все влюбляются, стараются выглядеть старше и значительнее, будто бы стремятся страдать и исписывают по пять толстых тетрадей за год личными переживаниями. Мы вместе пробовали алкоголь, искали самые глубокие сугробы, пели Yaki-Da “I Saw You Dancing” и Engelbert Humperdinck, “The Last Waltz”. В общем, много всего пережили вместе. А потом как-то разошлись по жизни.

Даже вот что скажу. Я с огромным количеством людей вот так вот без видимых причин разошлась по жизни. Я разошлась, да. Потому что сейчас, спустя какое-то время, я понимаю, что уходила я. Меняла круг общения, херила приоритеты, трахала себе мозг чем-то другим. И уходила от людей. Потом, спустя годы (фраза “спустя годы” в мои 24 выглядит по-идиотски, но ДА), я будто вспоминала этих людей. И тянулась связать разорванные ниточки и прочее всякое потерянное.

Она - единственная не отвернулась. Да, ту дружбу с песнями и сугробами не вернуть. Но у нас теперь есть что-то другое. Например, я знаю, что у меня есть человек, в котором я уверена. Это может быть странно, но именно в день смерти бабушки она написала мне и спросила, всё ли у меня в порядке. И это при том, что до этого момента мы не общались с ней крайне давно. 

Мы сидели с ней, пили кофе, вываливали друг на друга всё. Начиная с проблем последних дней, заканчивая какими-то рассказами о поездках в Европы - у неё свои Европы, у меня свои. И это было настолько тепло и здорово, что у меня просто нет слов. То есть, слова, конечно, есть, но они все не те.

Дада, я склонна верить в то, что настоящие эмоции в слова не укладываются. И если ты смог уложить эмоции в слова, то это значит только то, что эмоции были не такими уж и эмоциональными.

Это первая встреча. Была ещё вторая. Вторая не по значимости, не по времени. Просто в этом повествовании (лытдыбре, Оля) она оказалась второй.

Вторая тоже в слова не помещается. Точнее, помещается, но это звучит совсем уж безнадёжно тупо.

Ну, это когда обнимаешь человека и не хочешь отпускать. А хочешь поставить мир на паузу. Или хотя бы на замедленное воспроизведение. Чтобы вот эти вот секунды продлились какое-нибудь нехарактерное для секунд время.

Подумала недавно - мы знакомы чуть больше года. Точнее, общаемся.

У меня тут не так давно спрашивали, есть ли у меня друзья-мальчики и бывает ли вообще такое. Я в ответ смело кивнула. Бывает. У меня есть. И мне от осознания этого хорошо очень. Честно-честно. Правда-правда.

И финальное. Я очень благодарна людям. Вот всем этим моим людям, которые есть в моей жизни. Которые готовы мне помочь, даже если я ещё не успела попросить о помощи. Которые вообще готовы меня терпеть, слушать, быть со мной. Которые позволяют быть мне такой, какая я воспиталась. Которые есть.

Вы самые лучшие. Вы этого не прочитаете. *По крайней мере, точно не все.

Про тебя

Ищу в плейлисте песни для весны.

Мне не хватает разговоров в скайпе до утра. С тобой.

Иногда я думаю о том, не упустила ли я что-нибудь важное в этой жизни, на своём ли я месте, в своём ли городе. Очень боюсь однажды понять, что упустила. Поэтому как только в мою голову приходят такие мысли, я стараюсь их не думать.

У меня остывает чай и есть шанс скатиться в лытдыбр.

Про тех, для кого я

Естественно у меня нет желания что-либо рассказывать, чем-либо делиться. Потому что меня или игнорируют, или передёргивают. Точнее, он передёргивает, ёрничает. И мне от этого хочется как в тех тупых комиксах стол переворачивать двумя руками с размаху.

Пытаешься поделиться чем-нибудь, а в ответ очередной подкол. Подкол в ответ на рассказ про похороны близкого человека, ну. И после этого я вооружаюсь кирпичами, цементом и строю, блть, стену. Пока только с одной стороны, но высокую. 

То есть, я даже не знаю, как описать всё это разнообразие эмоций, которые меня накрыли в ночь на 1 февраля. Это и пустота, и беспомощность, и ощущение какой-то бесконечной слабости перед обстоятельствами. В таком состоянии мысли в слова не складываются. Складываются только в буквы. И я эти буквы рваными фразами посылала самым любимым, самым близким. тем, кто точно поймёт. 

Сейчас, спустя какое-то время, я научилась говорить обо всём, что произошло и происходит. Я готова рассказывать, делиться. Я готова жаловаться, просить поддержки, помощи. Но я долбанулась об грёбанный сарказм. Об удачную, блть, шуточку.

Строю стену. Пока только с одной стороны.

Мои девочки раньше удивлялись тому, что ничего обо мне не знают. Да, когда-то я просто не умела говорить о себе. С возрастом научилась. Теперь ещё научилась тому, что не со всеми можно разговаривать о себе.

Родители и ещё три человека - вот те, с кем я могу говорить о себе. С остальными пока не получается. 

Про людей

Бывают такие люди. Они вот чего-то такое говорят, говорят… А ты слушаешь и понимаешь, что напротив тебя сидит вовсе не человек, а какая-то рыбка типа гуппи и тупо открывает рот.

Они строят планы, ставят себе цели. Рыбки гуппи ставят себе цели, дада. А у тебя мысленный фейспалм. Субъективный, но фейспалм. Потому что этот конкретный человек только и умеет, что ставить себе цели. Может, он просто не в курсе, что цели не для красоты ставят, а чтобы к ним стремиться?

Или вот ещё. Женщины. Женщины, которые хотят разбираться в политике. Такие типа прошаренные. Типа в курсе. С тупыми комментариями типа “аххаха”, “блиииин”. То есть, может эти женщины реально прошаренные и реально разбираются. Но это “аххаха” убивает. Читаешь такое, читаешь… И: “Так, уточка, нахуй!” 

Или, блть, это я сегодня рыбка гуппи? 

Про меня

Я катастрофически боюсь публичных выступлений, но на первом курсе университета зимой на турбазе я пела со сцены “Гадалку” в микрофон и чувствовала себя шикарно.

У меня с детства сохранилась привычка держать любимых людей за мочку уха. До сих пор кажется, что это самая нежная часть тела. 8)

Когда сижу за компьютером в наушниках, грызу провод и завязываю его в узелочки. Что дома, что на работе.

Когда заправляю одеяло в пододеяльник, в двух случаях из трёх заползаю вовнутрь и изображаю приведение.

Крашу ресницы с закрытым ртом.

В детстве мечтала быть балериной только потому, что в стенке стояли фарфоровые статуэтки всяких разных нежных балерин в балеринских позах красивых.

Неплохо знала английский, но всегда к тестам умудрялась находить книжки с ответами и списывать: что в школе, что в универе. Чтобы наверняка.

Фанатично люблю перед зеркалом придумывать “крутые” лица для фоточек. Как только вижу фотоаппарат - всё забываю и стандартненько улыбаюсь.

Дома по ночам ела сырые сосиски с майонезом.

Никогда не любила в школе физкультуру на лыжах. При всём при этом по выходным с бабушкой ходила на тех же самых лыжах бегать по полю и с горок кататься.

Мне всегда казалось, что я круто пою. В детстве записывала песни на кассетник: музыка в наушниках из плеера, а маленький магнитофон на запись. Мои шедевры: “Розовый зайчик” Анжелики Варум, “Bamboleilo” и “Baila Me” Gypsy Kings. Испанского в четыре-пять лет я, естественно, не знала. Но пела убойно, с душой.

В кружке “Умелые ручки” в постановке “Муха-Цокотуха” я играла главную роль. Муху, да. Хотя уже тогда была застенчивой девочкой, мимими.

При поступлении в Смольный институт на творческом конкурсе осознанно писала сочинение про Ахмада Кадырова. На анализе текста у меня был Бунин. Убила всю приёмную комиссию фразой: “После прочтения данного отрывка у меня возникли реминисценции с произведением Уильяма Шекспира “Гамлет”. Слово “реминисценции” я выговорила со второго раза.

До сих пор ничерта не понимаю в теории вероятности, но каким-то чудом сдала на первом курсе этот самый теорвер на отлично, написав одну из двух лучших работ в группе.

Моего кота звали Тюпа. Потому что он был похож на кота из книжки Евгения Чарушина “Тюпа, Томка и Сорока”. Мою кошку звали Кошка, потому что у нас с мамой напрочь отрубило фантазию.

У меня было два ника в чатиках (мои интернеты начинались с чатиков) - Trashy и ту4ка.

Однажды я просидела в чатике всю ночь только ради того, чтобы получить левел: с новым левелом я могла блочить всяких тупых тёток в чатиках. Это было типа сверхспособности, мимими.

Про что-то

В чашке остывает чай. Я сейчас провела руками по лицу и, кажется, рассыпала по щекам всю тушь с ресниц. Мама говорит, что я плохо выгляжу. Что во взгляде нет котиков. Что я уставшая. Что “Оль, может вернёшься?”. Мотаю головой. 

Ванечка вчера написал мне, что хоть я и девочка, но сейчас самое время вести себя как мальчик. Я пока не очень понимаю, что именно мне нужно делать мальчикового. Хотя, блин. Я глобально не очень понимаю, что мне нужно делать. Потому что изначальный запал закончился. Или не закончился, но подугас - это точно. Я такая ленивая большая кошка. Валяюсь на диване и не беру телефон, когда он звонит. 

Тут как-то пару дней назад я ревела. Три часа подряд ревела. И не остановиться вообще никак. Потом доревела и долго не могла уснуть. Думала. Надумала для себя Идеальный План Для Дальнейшей Жизни. План не очень сложный, но в меру тупой.

Во-первых, я пообещала себе, что отпишусь от всех твиттеров, бложиков и тложиков тёток, к которым я ревную А. Таких, к слову, дофига и больше. Они в основной своей массе какие-то неинтересные (бложики), скучные, пошлые и глупые. Зачем я всё это читаю - вопрос риторический. Так вот, решали, что нужно отписаться от всего этого мусора. А то ощущение, что я не своей жизнью живу, а пытаюсь в чужую влезть. На данный момент, конечно же, ни от кого я не отписалась. -_-

Во-вторых, я спланировала себе поездку домой. Чтобы мама, какао, дурь по телевизору, интернет только с телефона, друзья, мои всякие любимые няшечки. Чтобы мозг расслабился, чтобы я почувствовала, что меня любят, что я нужна, что я сильная. Потому что я в самом деле сильная только с _моими_ людьми. Вот в Москве нет моих людей, поэтому тут я если не слабая, то уж точно не такая сильная, как дома. Типа того: дома и стены помогают, дада. На данный момент я пока планирую уехать где-то между субботой и воскресеньем, а вернуться в Москву в среду. Или во вторник. Или как там с билетами будет.

В-третьих, я подумала, что залог успеха - это стремление к какой-то стабильности в этом городе. Типа, стабильность в жизни повлияет на мой разум, и разум тоже стабилизируется, перестанет истерить и тэдэ. Но как только я спланировала себе поскорее найти работу, как тут же продолбала собеседование в единственной компании, куда я бы устроилась. И теперь уже три дня боюсь им звонить, писать и так далее. Мне кажется, продалбывающихся девочек не берут на работу.

Ну вот как-то так. Хрен знает. Иногда мне кажется, что у меня реально в голове не мозг, а какая-то неведомая херня.

Сейчас я хочу шоколадку и нормальный режим дня.

Про перемены

На мне мамина футболка и штаны в цветочек, которые мы с ней покупали вместе (у неё есть такие же, но в полосочку), я замотана в плед, который привезла из дома. Я третий день подряд реву, как только начинаю обо всём задумываться.

Ощущение, что осознание того, что происходит, как-то проходило мимо меня всё это время.

Я сейчас расскажу. Я очень мамина. Слишком мамина. Я всегда раньше плакала, когда уезжала в деревню на лето. Хотя, какое там на лето - на полтора, что ли, месяца. Полтора месяца - это же тьфу. Тем более, мама всегда приезжала туда, в деревню. Но в Нижнем у родственников я всегда ревела, будто у меня вселенское горе. Хотя, стойте. Я была маленькая. И отсутствие мамы было в самом деле вселенским горем. Ну да же!

С другой стороны, причём тут возраст? Мне 24 и я реву, потому что мама где-то далеко. Ну, как…далеко. Полтора часа на самолёте, четыре часа сапсаном, восемь часов обычным поездом. Хотя, это дофига далеко: не могу же я когда угодно прийти к ней в соседнюю комнату, чтобы посмотреть вместе какую-нибудь очередную дурь по телевизору?

Так вот. Я, кажется, только три дня назад поняла, что я вот сейчас как-то даже слишком кардинально меняю вообще всю свою жизнь. Другой город, другие цели, совсем нет привычных родных людей рядом. Есть А. Но он ничерта не мама и ничерта не понимает меня так, как понимает она. И не поддерживает так, как это делает она.

Самое сложное - учиться жить здесь. Я не в гости приехала же. А всё родное осталось в Питере. Да даже сам Питер теперь мне видится роднее.

Надо учиться жить здесь? 

Я катастрофически нуждаюсь в поддержке. Просто как никогда.

Про Олю Шрёдингера

Разослала резюме, поздравила с днём рождения самую лучшую женщину в моей жизни, прочитала недавние записи в ЖЖ моей любимой московской девочки, перестала быть остроумной. Что я ещё сделала на сегодня?

Когда в начале декабря идёт дождь - это провал. Это ни настроения, ни состояния, ни нормального атмосферного давления.

Чем лечат уныние?

У меня есть цели. У меня есть ощущение того, для чего я делаю то, что я делаю. Но я всякий раз расшибаюсь об чужой скепсис. Или разбиваюсь, или включаю дуру. “Ой, ну я попробую.. Ой, ну такой классный момент..” Тьфу, Оля, что за мерзость? Люди на это, кстати, не ведутся. Люди потому что не идиоты. Или идиоты, но не все же сразу. 

И запал весь этот скукоживается. Единственное, что в моих силах - реветь. Но это самое непродуктивное из всего, что можно предположить.

Я писала в твиттере - будто в ящик заколотилась. Чёрт знает что. В меня слишком не верят, поэтому я не вижу смысла делиться с людьми чем-то. А держать всё в себе - это можно шарахнуться. Поэтому заколотилась в ящик - держу не в себе, а в ящике. Образность, кстати, хромает на обе ноги.

Меня всю жизнь подбадривали, поддерживали, помогали. А тут будто какая-то чёрная дыра. Именно тогда, когда мне эта поддержка ой-как нужна.

И я боюсь писать о чём-то совсем личном - А. когда-нибудь это в любом случае найдёт, прочитает и будет недоволен. Но я не могу об этом молчать.

О том, что мне очень нужна именно его поддержка. Именно сейчас. 

И надо перестать ныть уже, а.

Про доверие

Доверие, доверие.

Это какое-то такое слово, которое схлопывается. Захлопывается. Как дверь.

Сейчас объясню. Если есть доверие, то ты соглашаешься сидеть за этой самой дверью и не знать, что там НА САМОМ ДЕЛЕ происходит. Это не плохо, нет. Потому что тебя полностью это всё устраивает. Устраивает сидеть за этой дверью. Человек приходит к тебе, закрывает за собой дверь и рассказывает, как там и чего, за дверью этой. А ты сидишь, слушаешь, веришь, доверяешь. И полная гармония. И у тебя тоже есть право захлопнуть свою дверь, уйти в своё “на-самом-деле”. И тебе тоже доверяют.

В идеале - “на-самом-деле” абсолютно идентично тому, о чём тебе впоследствии рассказывают. Вы, кстати, верите в идеальное?

А. считает, что я ему не доверяю. И именно поэтому аки Шерлок Холмс шарахаюсь по интернетам, выискивая обрывки диалогов, переписок, комментариев, из которых потом делаю широкошагающие выводы. Всё не так. То есть, всё не совсем так. 

Я доверяю. Потому что невозможно жить в разных городах, находиться в отношениях и не доверять. Это данность. Аксиома отношений на расстоянии. Просто оно так есть. Другое дело, что я доверяю ему и только ему. То есть, я не доверяю девочкам, которые его окружают в жизни и в интернетах. А они окружают. А он-то у меня ах какой замечательный. А я-то вообще в другом городе. Как тут не переживать? 

Ну и вот. И вот тут вся классная теория о доверии разваливается. Потому что доверие между двумя людьми не обозначает ещё и доверие куче окружающих. Да я их знать не знаю. Какое доверие, алё?

А, и самое классное. Моя беда в том, что я не копаюсь в интернетах, не ищу ничего специально. Я каждый раз абсолютно случайно натыкаюсь на это всё, на дееевочек. Мне периодически даже смешно. Потому что это, видимо, талант.

Талант талантом, ладно.

Доверие. Окей, доверие. Окей, я научусь не только доверять А. (потому что это я уже умею), но ещё и не обращать внимания на всяких побочных… на всякие побочные… на всякое побочное, о!

Про сформировавшиеся личности

Посты должны писаться в полной тишине. Но в полной тишине в четыре часа ночи я не способна соображать, я способна разве что уснуть. Компромисса тут не существует. Поэтому в наушниках вполголоса завывают-таки The Pretty Reckless.

Я в очередной раз забыла, сколько мне лет, поэтому красивый заход в красивую фразу будет начинаться не с возраста, хотя было бы эффектно. Короче.

Я не знаю, в каком возрасте нужно начинать жить самостоятельно, чтобы это внезапно не стало шоком для организма, для мозга и для родителей. Мне 24, я пытаюсь. Мой А. скорее всего считает, что в 24 - это уже поздно. Потому что меня ждёт (или не ждёт?) другой город, неведомая сферическая в вакууме работа, общий с А. быт, шкаф, квартира. А я уже вся взрослая и много всего продолбала когда-то там, в лихое студенческое время. С другой стороны - зато у меня это самое лихое и студенческое было, о чём я ни разу не жалею, но сейчас вообще не об этом.

Так вот, про жить самостоятельно. Если это начинать в 24, то прям с порога начинаешь спотыкаться обо все эти когда-то подводные, а теперь какие-то даже скорее надводные камни. Ну потому что сформировавшаяся личность! Что А., что я. Я вот сформировалась как личность, которая не закрывает за собой дверки шкафа, оставляет в кружке недопитый чай, а саму кружку оставляет чёрт знает где. А. сформировался как хороший воспитанный мальчик, который дверцы эти закрывает и ругает меня за кружки, которые где попало.

Ещё я сформировалась как личность, которая надеется на какое-то с-неба-рухнувшее-благо. Это когда непомытые сковородки “сами” моются (ну, вы понимаете - мама, папа, бабушка, счастливая полноценная семья и многочеловек). А. сформировался как личность, которая моет тарелку только за собой, вилку только за собой и чашку только за собой. Мы с кастрюлями попытались было понадеяться на благо, но потерпели неудачу. Точнее, неудачу потерпела только я, кастрюли потерпели, пока я их губочкой с фейри потёрла.

И по этому поводу общее ощущение от совместного проживания похоже на процесс складывания паззла. Это когда из тысячи кусочков ищешь какие-нибудь такие, которые очевидно точно сложатся. Ну, чтобы потом дальше всё остальное было проще собирать. 

Мне и знакомые говорят, что это длительный процесс: организация совместного быта и тэдэ. А мне всё перемотать хочется куда-нибудь вперёд, в какое-нибудь сразу счастье, где мы, две сформировавшиеся личности, пьём чай где попало в квартире с закрытыми дверками шкафов. Ну здорово же!

Но всё это в будущем. По крайней мере, мне так планируется. На данный момент меня больше беспокоит, насколько мы оба готовы жить вместе, готовы идти на уступки, искать компромиссы.

С одной стороны, я всю жизнь ныла про то, что мне нужен сильный мужчина, который будет всё за меня решать и на место меня ставить и бла-бла-бла. С другой стороны, во мне возникает какой-то сумасшедший протест ровно в тот момент, когда за меня пытаются что-то решать и ставить на место. Потому что, дада, я сформировалась как личность, которая вечно всем недовольна. И действиями, и бездействиями моего изумительного и неповторимого А. (он когда-нибудь это всё прочитает и скажет многозначительное фу в мой адрес, поэтому: “Сладенький, я люблю тебя больше всех на свете!”).

С третьей стороны (дада, тут всё многогранненько), я этот внутренний протест умею засунуть куда подальше, если речь идёт о гармонии. То есть, для сохранения этой самой гармонии я согласна засовывать все свои протесты куда подальше. Но тут вопрос: насколько это эффективно - бороться с проблемой не решая её, а пытаясь куда-нибудь засунуть? То есть, молча собирать кружку по всей квартире и департировать её на кухню - это окей. А если речь идёт о чём-то более катастрофическом? Хотя, блин. Хотела написать: “А если речь идёт о чём-то более катастрофическом? Например…” - и вот тут запнулась, потому что все примеры, которые я могла бы привести, по катастрофичности своей недалеко ушли от кружки.

Тут я могу, кстати, сделать многозначительный вывод для самой себя. Сделала. Поехали дальше.

Чем там ещё сформировавшиеся личности отличаются? 

Можно много всякого писать про зарабатывание денег. Но это я пока пас, потому что на данный момент я исключительно трачу. Поэтому в этом плане я вообще девочка-катастрофа. Но я устроюсь на работу когда-нибудь скоро и обязательно про зарабатывание тоже порассуждаю.

Хотя нет. Кое-что про зарабатывание я готова сказать вот прямо сейчас. Я сформировалась как личность, которая не настроена на сногсшибательную карьеру. Я настроена на сногсшибательную семью и работающего мужа. Это не значит, что я кусок лени и отказываюсь работать. Не отказываюсь, наоборот стремлюсь (без работы людям свойственно деградировать). Но я не стремлюсь быть в семье свинкой-копилкой. Я воспринимаю работу как что-то такое, дополнительное в моей жизни. А семью - как основное, да, всё так. С другой стороны - как я иначе буду кушать, без папы-мамы-бабушки под рукой? В общем, устроюсь на работу - выскажусь ещё раз по этому поводу.

И всё это радостно упёрлось в то, что нужно жить в постоянном диалоге (а ещё всё упёрлось в практически наступившее утро, тно это детали). Нужно разговаривать, высказываться, предлагать. Как мне говорит А.: “Если ты хочешь что-то улучшить - говори. Это же хорошо.”